КарНЦ РАН в СМИ

Онежский градус

"Карелия", №13 от 23 февраля 2012 г.

Петр Лозовик
Петр Лозовик
Два крупнейших города Карелии – Петрозаводск и Кондопога – находятся на берегу Онежского озера, в которое на протяжении десятилетий со сточными водами устремляются очищенные, а также не слишком очищенные продукты жизнедеятельности промышленных центров. Можно предположить, что озеро под влиянием человеческого фактора уже в значительной мере эвтрофировано – этот научный термин означает ухудшение под воздействием сточных вод качества озерной воды, нарушение кислородного режима, исчезновение ценных пород рыб и т.д. Тем не менее, озеро продолжает жить и дышать, ценные породы рыб не оставляют его глубин, вода остается примерно такой же прозрачной, как и полвека назад. Будет ли так всегда? Вот что говорит заведующий лабораторией гидрохимии и гидрогеологии Института водных проблем Севера Карельского научного центра Российской академии наук доктор химических наук Петр Лозовик:

– Лаборатория гидрохимии и гидрогеологии занимается химией поверхностных, подземных вод, атмосферных осадков и донных отложений. Это классический вариант гидрохимической лаборатории, которые раньше были весьма распространены в СССР, а сейчас в таком виде их практически нигде и нет. Мы исследуем современное состояние водных объектов и донных отложений, допустимую антропогенную нагрузку на данные объекты с учетом их природной способности к восстановлению.
Онежское озеро – достаточно изученный объект, и на сегодняшний день оно сохраняет олиготрофный статус. Это означает, что биогенных (создаваемых и перерабатываемых жизнью) веществ в нем пока немного. Но постепенно озеро приближается к границе мезотрофных водоемов, когда с ростом содержания биогенов растет дефицит кислорода, происходит заиливание и зарастание прибрежных зон. Так, например, Ладога – типичное мезотрофное озеро. Эвтрофирование Ладожского озера связано с сельскохозяйственным использованием прилегающих земель, а также с Волховским алюминиевым заводом, который производил, в том числе, и фосфорные удобрения.

– А если говорить о неорганических веществах? Например, о поваренной соли. Каждую весну в Онежское озеро с ливневыми водами поступают десятки тонн соли, применяемой для уменьшения скольжения населения в зимние месяцы. Нам не грозит засоление?
– Онежское озеро – крупный глубоководный водоем с замедленным водообменом, период которого 16 лет – за это время чаша озера может заполниться таким же объемом речной воды. Хотя оно и обладает аккумулирующим эффектом, поступление поваренной соли в озеро весьма незначительно в сравнении с огромной водной массой. Соль разбавляется и в конечном итоге вымывается до фоновых концентраций. Излишки уносятся в море, поскольку Онега – проточный водоем.

– Какие факторы оказывают наибольшее влияние на загрязнение Петрозаводской губы Онежского озера?
– Прежде всего, это хозяйственно-бытовые сточные воды. Наибольший вклад в загрязнение вносят предприятия пищевой промышленности (функционирующих предприятий иного профиля, загрязняющих водную среду, у нас практически не осталось). Это также транспортная составляющая – выхлопные газы, загрязнение снежного покрова нефтепродуктами – все это весной попадает в губу.

– Сточные воды не оказывают влияния на качество питьевой воды?
– Качество питьевой воды в последние год-два заметно улучшилось за счет двухступенчатой системы очистки на водозаборе. Водозабор находится в районе улицы Ленинградской, а очистные сооружения сточных вод – у Сайнаволока, на выходе из Петрозаводской губы. Озерная циркуляция подхватывает сточные воды и уносит в центральную часть озера. Основное влияние на Петрозаводскую губу оказывает река Шуя, воды которой, впадая в губу, за счет силы Кориолиса отклоняются вправо, ближе к петрозаводскому берегу. Оголовок городского водозабора также находится в этом потоке.
Раньше в зимнее и весеннее время, когда складывались соответствующие температурные условия, воды Шуи, запертые в губе, постепенно ее заполняли, в результате было много жалоб от населения на то, что из кранов течет желтая вода. Зато весь летний период до глубокой осени вода была достаточно прозрачной за счет водообмена губы с озером.

– Желтизна онежской воды связана ведь со следами болотной органики, в общем безобидной?
– Согласен с вами, желтоватый цвет вода приобретает за счет веществ природного происхождения, не только гумусовых примесей, но и железа. Наличие большого количества железа в питьевой воде также нежелательно – это может быть чревато осложнениями для здоровья. За счет присутствия железа и белое белье при стирке приобретает желтоватый оттенок. Из этих соображений содержание железа в питьевой воде нормируется. Вода с низкой цветностью лишена этих недостатков.

– Доводилось слышать, что воды Онеги за Ивановскими островами по прозрачности и чистоте приближаются к байкальским. Вы можете это подтвердить?
– Цветность воды измеряется в градусах – интенсивность окраски сравнивается с хромово-кобальтовым раствором. Цветность байкальской воды не воспринимается глазом – она меньше пяти градусов. Онежская вода имеет желтоватый оттенок. Цветность ее в центральной части озера – в том числе за Ивановскими островами – около двадцати градусов. Таким образом, байкальская вода значительно прозрачнее онежской. Но и воды Онеги достаточно чисты. А что касается Ивановских островов, то это действительно наиболее близкий к Петрозаводску участок относительно прозрачной воды, откуда можно было бы брать воду для питьевого водоснабжения. Такие варианты рассматривались. Однако проект переноса городского водозабора за пределы губы так и не был реализован.

– Если бы он был реализован – не потребовалось бы, наверное¸ создавать дорогостоящую систему двухступенчатой очистки… Может быть, имеет смысл вернуться однажды к обсуждению этого проекта?
– Было два пути: один касался строительства очистных сооружений, другой – использования более кондиционной воды с меньшими затратами на водоподготовку (напрямую подавать воду из поверхностных источников для централизованного водоснабжения нельзя)… Но если у нас уже построены и нормально функционируют очистные сооружения, зачем возвращаться к обсуждению переноса водозабора? Решение принято, реализовано и всех устраивает. Сами посудите: у вас есть нечто, что надежно служит – зачем покупать другую вещь того же качества?

– Как вы относитесь к идее продажи онежской воды странам, которые испытывают дефицит питьевой воды?
– Знаю, такие идеи витали. Мое мнение на этот счет не спрашивали. Я уже отмечал, что онежская вода не кристально прозрачная. Поставьте рядом банку с дистиллированной водой и банку с водой из Онежского озера – и визуально увидите разницу. И потом, все же лучше использовать для питья воду достаточно жесткую. В Карелии воды большей части поверхностных источников имеет низкую минерализацию, низкую жесткость, и в этом плане их питьевая кондиция не очень высокая. Не хочу сказать, что вода Онежского озера плохая. Она хорошая. Но в той же Карелии достаточно много источников вод с большей жесткостью, лучшей питьевой кондицией.

– А как обстоит дело с чистотой воды в Кондопожской губе Онежского озера? Раньше там и сплав леса велся, и неочищенные комбинатские стоки сильно воду мутили…
– Сплава в Карелии теперь практически нигде нет. И, конечно, когда целлюлозно-бумажный комбинат работал без очистных сооружений, уровень загрязнения губы был выше. В ту пору осуществлялся береговой, так называемый ламинарный выпуск сточных вод, все загрязнения были локализованы вблизи зоны выпуска. Затем была внедрена станция биологической очистки сточных вод и рассеивающий их выпуск. Сточные воды Кондопожского ЦБК окисляются с трудом, и для повышения эффекта очистки используют добавки биогенных элементов. В результате антропогенная нагрузка на Кондопожскую губу понизилась, по крайней мере по органике, но больше стало биогенов, а за счет рассеивающего выпуска – увеличился ареал их воздействия… О том, что ситуация в Кондопожской губе неблагополучна, свидетельствует периодическое цветение воды летом. В зимнее время там наблюдается дефицит кислорода. На ОАО «Кондопога» модернизации системы очистки уделяют достаточно много внимания, но все равно ее эффективность пока невысока. Антропогенная нагрузка на Кондопожскую губу (в основном – фосфорная, за счет чего вода и цветет) примерно в два раза превышает ассимиляционную способность к восстановлению. Лишь на выходе из Кондопожской губы мы имеем достаточно чистую воду.

– Как увеличение биогенной нагрузки сказывается на озерной фауне?
– Повышая содержание биогенных элементов, мы увеличиваем кормовую базу. В определенной степени это положительно сказывается на продуктивности – например, больше рыбы можем добыть. В то же время, ухудшение кислородного режима приводит к изменению популяции, снижению видового разнообразия. Остаются виды более прожорливые и неприхотливые.

– Ловить и употреблять такую рыбу в пищу не опасно?
– Думаю, что нет. И потом, в Кондопожском заливе большое количество садковых хозяйств – естественная популяция рыб любит садки, летом откармливается в районе садков, а осенью уходит на глубины. Мне рассказывали, что местные жители жалуются – рыба вся ушла к садкам и нечего ловить.

– Продукты жизнедеятельности рыб, в свою очередь, также приводят к загрязнению вод…
– Разумеется, занимаясь разведением рыбы, необходимо учитывать природную ассимиляционную способность водоема к восстановлению. В какой степени мы можем его «загрязнить», не преодолев при этом допустимый предел. Мы такие расчеты для форелевых хозяйств проводим и даем рекомендации, сколько рыбы можно выращивать без ущерба для окружающей среды.

– Можно ли уменьшить антропогенную нагрузку на Кондопожскую губу?
– Вы предлагаете закрыть производство?

– Это не выход.
– Разумеется, не выход. Наверное, нужно ограничивать развитие форелеводства, не следует открывать новые садковые хозяйства… Но, по большому счету, антропогенная нагрузка на Онежское озеро особой тревоги не вызывает, поскольку имеет тенденцию к снижению. Улучшение экологической ситуации, которое имеем на сегодняшний день, связано с экономическим спадом. В Карелии, в Петрозаводске большинство промышленных предприятий закрыто. Основные поступления в бюджет приносят сфера услуг и торговля. Я не знаю, поскольку я не экономист, насколько долго можно протянуть на такой структуре экономики. Но по размышлении понимаю, что долго так продолжаться не может. Надо развиваться. Стоит упасть в цене нефти – с нею упадет и все наше кажущееся благополучие…

Беседу вел Сергей Хохлов


Публикации 2012 г.
Последние изменения: 4 июля 2013